Но вот однажды Мурзяка остался дома один. Катя вышла из своей комнаты, хоть и не очень нарядная, но все равно красивая, и куда-то ушла.
«Вот теперь я, наконец-то, разгадаю секрет волшебного шкафа», - размечтался котенок.
Он толкнул лапкой дверь в Катиной комнате, подошел к шкафу и открыл его дверцу когтями. Дверца послушно уехала в сторону. Мурзяка увидел на многочисленных полочках разноцветные Катины вещи. Одни были сложены в стопочки, другие висели целиком прямо в шкафу. «И как же они висят, в воздухе, что ли?», - подумал Мурзяка. А на верхней полке красовалась та самая яркая Катина шляпка.
Котенок восторженно рассматривал содержимое шкафа, так, что даже не заметил, как оказался внутри. Вдруг дверь закрылась, и Мурзяка оказался в полной темноте.
- Мяу, мяу, мяу! – перепугано кричал котенок. Это означало: «Спасите, помогите!».
Но никого дома не было, и никто не мог ему помочь. Мурзяка отчаянно махал всеми своими лапками и крутил головой. Что-то упало ему на голову, что-то схватило его за одну лапку, потом за другую!
Мурзяка от страха замяукал, что есть силы, запрыгал и… вывалился из шкафа. Обессиленный котенок запрыгнул на стул, и вдруг раздался шум. Заиграла музыка, застучали барабаны! Котенок с испугу подпрыгнул на стуле. Тут вместо музыки забубнил чей-то голос. Оказалось, что Мурзяка уселся прямо на пульт от телевизора и нечаянно его включил.
Котенок, наконец-то, успокоился, и стал смотреть телевизор. Правда, на голове ему что-то мешало, а лапка запуталась в чем-то длинном и теплом.
Вскоре открылась входная дверь, домой вернулась Катя.
- Кто здесь? – испуганно спросила она, услышав голос из телевизора. На встречу ей выскочил Мурзяка.
- Ой, что это с тобой? – удивилась Катя. – Ах, я, кажется, знаю: ты все-таки попал в мой шкаф!
Котенок подошел к зеркалу и взглянул на свое отражение:
- Ой-ой-ой, какой ужас! – замяукал Мурзяка на своем кошачьем языке. На голове у него была Катина перчатка, лапы запутались в шарфе, а на хвосте висел носок.
«Какой-то неправильный этот волшебный шкаф», - подумал котенок Мурзяка. – «Только Катю он превращает в красавицу, а меня, почему-то, в чудовище».
